Союз интеллекта, прагматизма и оптимизма

№ 21(952), 27.05.2015 г.

Газета «Честное слово» продолжает реализацию проекта «Инновации: достижения и проблемы». Сегодня мы остановим взгляд на основополагающем элементе современной медицины — высококачественной диагностике.   Значительную роль в формировании современной российской системы контроля качества диагностических исследований сыграла деятельность одной известной компании новосибирского Академпарка

Преобладание научного творчества

Будущий директор ЗАО «Медико-биологический союз» Михаил Лосев когда-то добросовестно учился на физическом факультете НГУ. Но кипучая натура и жажда реальной деятельности привели его в науку раньше достижения формальной дипломной зрелости. Михаил стал сотрудником Института ядерной физики; сначала трудился лаборантом, потом инженером. В перестройку подрабатывал в кооперативе по изготовлению научного оборудования. В 90-х закупки научного оснащения стали сокращаться. Михаил изучил конъюктуру рынка и решил переквалифицироваться на медицину. Точнее, стал осваивать научную составляющую лечебных материалов. Что позволяло решать рабочие вопросы по проектам биологических и медицинских задач. И, самое главное, достигать результатов. 
— Вы увидели перспективу в биологии?
— Скорее в медицине. Продукты питания и медицина — это всегда актуально. Осознав этот вечный тренд, мы и начали заниматься поисками проектов в области здравоохранения. 
— Кто вам ставит медико-биологические задачи?
— Сами себе ставим. У меня же нет непосредственного начальника — начальником является среда, в которой я работаю.
— А как вы находите острые медицинские проблемы?
— Мы частная компания и живем за счет рынка. Соответственно, основным критерием является необходимость наших услуг на рынке здравоохранения. 
— Наверное, сначала вы находите и анализируете какую-нибудь распространенную проб-лему…
— Мы больше доверяем ощущениям и здравому смыслу. В самом начале, когда еще не было своей компании, у нашей группы энтузиастов как-то возникло предложение заняться инфекционной диагностикой. Взяли в управление некий закрывающийся специализированный цех в Бердске. Отладили производство, потом стали продвигать его продукцию, вкладывать доходы от реализации в создание новых разработок. После чего мы уже трансформировались в собственное предприятие. Начали создавать собственную инфраструктуру. Так постепенно вышли на первый федеральный заказ. И вот уже почти двадцать три года занимаемся медико-биологическими проблемами. 

Частно-государственное партнерство взаимовыгодно

— Как правило, все наши проекты, даже из самых разных областей, из фармацевтики, медтехники — «долгоиграющие», — поясняет Михаил Лосев. — От идеи до осуществления проходит три-четыре года. Мы запускаем несколько проектов, и пока они реализуются, параллельно думаем о новых. Задачи у биомедпроектов бывают самые неожиданные. Например, когда-то, в начале нашей карьеры, у нас был проект по комплексной переработке крови. Отсортированную по каким-то медицинским параметрам донорскую кровь мы использовали для извлечения ничем не заменимых дорогостоящих компонентов, имеющих значение для науки. 
Один из наших проектов был связан с Московским государственным институтом стандартов и качества. Это головное учреждение по контролю за качеством выпускаемых вакцин, тест-систем. Вместе с ним наш «Медико-биологический союз» внес значительный вклад в формирование рынка российских референс-препаратов -– контрольных, эталонных материалов, на основе которых существует сегодняшняя российская система контроля качества диагностических исследований. 

Берем самый обычный амплификатор с флуоресцентной детекцией…

В мире существует много болезней, но есть заболевания, не замечать которые просто невозможно. Масштабная проблема описторхоза давно охватила Обской бассейн, Дальний Восток, Якутию и Юго-Восточную Азию. Хронический описторхоз чреват желчнокаменной болезнью, абсцессом печени и предраковыми состояниями. 
— Как вы вышли на проблему описторхоза?
— Однажды возник некий государственный грант на эту тему. И нам было предложено сделать конечный продукт из различных научных идей и разработок. Научные институты по определению не занимаются производством и не разрабатывают технологии. Но научные институты умеют принимать решения. 
В данном проекте были задействованы наш Институт цитологии и генетики СО РАН, Балтийский университет, Институт им. Курчатова. Первой стояла задача — секвенировать (определение в ДНК и РНК аминокислотной или нуклеотидной последовательности. — Прим. ред.) геном паразитов.
Традиционно паразитов такого класса медицина определяет методом микроскопии. Это достаточно трудоемкое лабораторное исследование — разглядывать образцы в микроскоп. И результат тут зависит от разных факторов, например, от квалификации и личных качеств врача-лаборанта. Один распознает заражение, другой — нет. Практика показывает, что традиционные исследования дают большое количество ложноположительных и ложноотрицательных результатов. К тому же забор материала для анализа (например, зондирование печени пациента через рот) весьма малоприятная процедура. 
А самый современный и эффективный метод определения описторхов в организме на сегодняшний день — диагностика ДНК. Это гораздо более объективная и щадящая для пациента процедура — даже в малом количестве биоматериала с помощью нашего набора реагентов «Инвитролоджик ДНК Описторхи» можно установить присутствие паразита. Одним нашим набором можно сделать сорок восемь определений, то есть обслужить сорок восемь человек. Процедура диагностики стандартная, проводится на типовом амплификаторе с флуоресцентной детекцией, имеющемся во многих учреждениях. Просто мы выработали к нему реагенты, с точностью до девяноста восьми процентов определяющие наличие в организме описторхоза. Техника сама, практически безошибочно, определяет в анализах наличие либо отсутствие описторха и его продуктов жизнедеятельности. Полимеразно-цепная реакция позволяет по фрагменту ДНК установить принадлежность к конкретному биоорганизму. Даже одно яйцо описторха в организме человека будет зафиксировано прибором. Правильный диагноз здесь очень важен, так как фармакологическое лечение описторхоза довольно токсично. Печень подвергается опасности разрушения. А наш «Инвитролоджик ДНК Описторхи» через два часа даст верный ответ, нужно ли лечение.

Инновация есть — регистрации нет…

Полезность очередной инновации ЗАО «МБС» бесспорна. Но…
— Отчего Россия еще не пользуется вашим столь удобным и безопасным способом диагностики описторхоза?
— Из-за кадровых перестановок в российских регистрирующих органах два-три года вообще никого и ничего не регистрировали. Накопилось сверх всякой нормы большое количество незарегистрированной продукции. И, как следствие, начались бюрократические сложности в системе регистрации. Мы не можем зарегистрировать наш «Инвитролоджик ДНК Описторхи» уже два года. Нами подготовлен уже не один протокол клинических испытаний. Все, что от нас зависит, мы сделали и будем продолжать делать. Представителям медицины наш набор нравится. Эта проблема была озвучена и заместителю председателя Правительства РФ Ольге Голодец во время ее визита в новосибирский Академпарк. 
— Что у вас еще интересного из достигнутого?  
Директор Биомедкластера Академпарка, член экспертной федеральной группы Мария Галямова представляет очередную техническую новинку: 
— «МБС» запустило проект по организации производства автоматических анализаторов для лабораторий. Прибор позволит методом иммуноанализа определять в плазме и сыворотке крови маркеры инфекционных заболеваний, уровень гормонов, кардио- и онкомаркеры. Данный анализатор стандартизирует процесс лабораторного тестирования. Прибор — классический пример столь желанного российского импортозамещения. В целом ЗАО «МБС» занимает более десяти процентов российского рынка тест-систем (для диагностики ВИЧ, сифилиса, вирусных гепатитов). И значительный сегмент панелей сывороток для контроля качества тех же тест-систем. 

Наука романтична. Бизнес — нет

Территория биомедкластера, как и хотелось когда-то основателям Академпарка, пронизана эфиром научного творчества. Благоприятная рабочая атмосфера подкреплена непривычной, в меру экстравагантной архитектурой. Удобные, допустимо оригинальные внутренние интерьеры и наружные ландшафты Академпарка проникнуты заботой о вечно думающем гипотетическом Ученом.  
В такой подходящей обстановке удобно анализировать, оценивать и брать на вооружение оптимальные, материально и энергетически выгодные способы обработки первичной или заключительной информации. Здешней научной средой здраво игнорируются привычные, но недостаточно работающие стратегии мышления или подходы к делу. А все полезное стандартизируется и апробируется на практике.
Поэтому не только новейшими научно-коммерческими разработками занимается ЗАО «МБС». Отлаженность собственного бизнеса позволяет руководству «Медико-биологического союза» проявлять в местной научно-технологической среде некую филантропию с элементами научной-финансовой благотворительности. Сотрудничество ЗАО «МБС» с Академпарком выражается в оказании последнему экспертных услуг, совместно решаются просветительские, общественные задачи. Научно-производственный потенциал компании «МБС» дает возможность активного участия его сотрудников в проведении Инновационных школ Академгородка. 
— Проблема, как всегда, в кадрах?
— Большинство университетов готовят, прежде всего, специалистов научного склада ума. Научный склад ума предназначен для получения знаний. Коммерческий склад ума предназначен для получения прибыли. К знаниям можно долго стремиться, к результату долго стремиться — не очень выгодно. Поэтому наша главная здешняя задача — трансформировать сознание научного специалиста на получение конкретного результата. Вундеркинды, имеющие огромные способности к наукам, но не имеющие результатов, нам не подойдут. Критерий в нашей компании один — умение достигать конкретного результата за конкретное время. Для более качественного экономического эффекта руководство нашей компании разбило структуру управления «МБС» на четыре блока: производство, наука, управление, продажи. Определены личные пространства и точные функции каждого члена команды. Оптимально комфортные условия каждого индивидуального участка работы позволяют выявлять глубинные персональные возможности.     
Это сделано потому, что наука в основе своей довольно романтична. А бизнес и экономика — более прагматичные, в чем-то даже циничные вещи. Вот и приходится четко разделять две разные ментальности — бизнес и науку. Академическая наука зачастую бывает весьма категорична и не изучает, скажем, мнение пользователей. А мы должны изучать мнения, умения и возможности того самого среднестатистического врача-лаборанта, конечного потребителя наших коробочек с реагентами.    

Роман СЫРЦОВ, 

«ЧЕСТНОЕ СЛОВО»