Капкан на инвестора

№ 37(1020), 21.09.2016 г.
Климат в Новосибирской области — резко континентальный. То в жару кидает, то в холод.  То плюс 30, то — минус 45. Тут уж ничего не поделаешь. Природа. А против природы — не попрешь… Инвестиционный климат в Новосибирской области тоже своеобразный. То плюс на «солнце» (региональные льготы для инвесторов, площадки с инфрастуктурой в Промышленно-логистическом парке и т. д.). То минус в «тени», где сосредоточились преимущественно силовые структуры. Именно их усилия привели к тому, что все чаще серьезные инвесторы с опаской поглядывают на внешне привлекательный регион
 

Суд да дело

О деле новосибирского девелопера Евгения Грибова мы уже писали. Поэтому напомним суть очень кратко. Глава компании «Новоград» Е. Грибов консолидировал 40 процентов акций АО «Электроагрегат». Место — привлекательное — почти центр города, рядом транспортные развязки. Однако отношения  с президентом совета директоров «Электроагрегата» 
А. Одинцом  не заладились. Бывает. В рамках цивилизованного «развода» договорились о покупке Грибовым корпуса «Электроагрегата» за 100 миллионов рублей. 
Одинец в последний момент оформил сделку через неких 
Р. Редько и А. Цоя, которые и подписали документы о получении денег. Кто они такие, Редько да Цой? Да никто. Известно только, что они фигурировали в суде по новосибирской организованной преступной группе, лидер которой недавно едва избежал пожизненного заключения. А сами Р. Редько и А. Цой тоже недавно осуждены за финансовые мошенничества. Что связывало уважаемых руководителей оборонного предприятия и финансовых мошенников, можно только предполагать… Ну, связывало, наверное, что-то…
Прошло полгода, и вдруг Редько и Цой заявляют, что расчет с ними не производился! И никаких денег они в глаза не видели! Хотя налицо были кассовый ордер с их подписями, расписки, показания свидетелей и даже подпись генерального директора «Электроагрегата», согласовавшего продажу здания. Руководство завода инициировало в арбитражных судах пять (!) процессов в отношении Грибова. И все пять — включая  Верховный суд РФ — подтвердили правоту Е. Грибова. Пять судов установили, что сделки были совершены в соответствии с действующим законодательством, оплачены и документы подписаны уполномоченными лицами. Тем не менее в конце 2015 года Е. Грибова… обвиняют в хищении и возбуждают в отношении него уголовное дело. Номер 31011.
Дело поддерживают ГУВД по Новосибирской области и прокуратура области. Но суд Центрального района Новосибирска возвращает его на доследование. Это решение поддерживает Новосибирский облсуд, где инициаторы уголовного преследования Е. Грибова пытались было обжаловать решение районного суда. Грибов и его адвокаты пишут жалобы на нарушение следователями и прокуратурой одной из важнейших правовых норм — преюдиции. Но, похоже, ни следствие, ни прокуратура не знакомы с этим понятием.

Лекция для прокурора и следствия

Если следователи и прокуроры прогуливали занятия в юридических институтах, а приступив к работе, не следили за юридическими нововведениями, то придется прочитать для них небольшую лекцию.
Начнем с того, что в России существует УПК. Уголовно-процессуальный кодекс. В нем есть статья 90. Преюдиция. Дословно она гласит: «Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки». 
Это как раз наш случай. Пять раз (!) арбитражный суд признал сделку по приобретению Е. Грибовым заводского корпуса законной. И следствие, и прокуратура теперь должны принимать этот факт безо всяких расследований. Закон есть закон. Тем более, что, помимо статьи 90 УПК, есть специальные постановления Конституционного суда (от 21.12.2011 года) и решение пленума Верховного суда РФ. В этих документах прямо говорится о том, что  вступившие в силу законные акты не обсуждаются. Иначе говоря, статья 90 решает одну из главных юридических задач — единообразие и непротиворечивость  законодательных актов. Не может быть такого, чтобы  в одном судебном акте, вступившем в законную силу, было сказано, что это «белое», а в другом – что это же самое — «черное». Применительно к нашему случаю, если в судебном решении говорится о том, что сделка была законной, то в другом судебном решении не может говориться о том, что сделка является незаконной.
Есть только один путь преодоления преюдиции.  Надо в суде доказать, что во время предыдущих и вступивших в законную силу судопроизводств были представлены подложные документы. И только после приговора суда по фактам преступления против правосудия можно будет отменить решения предыдущих судов по вновь открывшимся обстоятельствам. 
Отметим, что в ходе расследования уголовного дела № 31011 было проведено множество всевозможных экспертиз, включая почерковедческие, которые не установили фальсификацию доказательств, подделку подписей и подложность документов. Значит, против правосудия не было совершено никаких преступлений. А, стало быть, решения арбитражных судов остаются в законной силе.

Кто там прячется в тени?

А вот теперь самое время поговорить о главном. Можно предположить, что нынешние следователи плохо знают закон. Так уж вышло, что из Главного следственного управления ГУВД ушла команда опытных специалистов. Но прокурор-то — тем более прокурор области! — законы должен знать назубок. И, наверное, знает. И — тем не менее…
Что же происходит? Как в Новосибирской области возник феномен этакой «правовой автономности»? Ситуации, когда тебе не указ даже указ президента. Ни даже сам президент. Ни закон, ни суд — даже самый Верховный. Ты — сам закон. Что хочешь — то творишь. И никто тебя не накажет. Не назовет по имени. Дескать, вот он — преступающий через закон. Попросту говоря — преступник.
В феврале нынешнего года Владимир Путин на совещании судей призвал «поставить барьер на пути тех, кто использует уголовное преследование как дубину в корпоративных спорах, конфликтах  или, как в народе говорят, разборках, или отъема собственности у законных владельцев». Под руководством главы администрации президента создана рабочая группа по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательства. И в администрации президента, и в Генеральной прокуратуре держат на контроле «дело Грибова». Более того, в ответе начальника отдела Генпрокуратуры Скопцова впервые появляются имена возможных «заказчиков» уголовного преследования Е. Грибова. «Проверяются сведения о возможной причастности генерального директора ОАО «Электроагрегат» Рудских А. А., президента совета директоров Одинца А. К. и иных лиц к совершению противоправных действий», — официально сообщает Скопцов.  
Хорошо, если причастные к правонарушениям понесут наказание. Но нас-то в данном случае больше интересуют фигуры следователей и прокуроров. Что, они опять останутся «в тени» и уйдут от наказания? Между тем предприниматель Е. Грибов полагает: есть все признаки того, что в прокуратуре Новосибирской области создана коррумпированная группировка, которая работает «по заказам» — отрабатывает деньги возбуждением уголовных дел против неугодных бизнесменов. И «его» уголовное дело № 31011 может относиться к разряду подобных «заказных»…
Откуда же возникло в Новосибирске подобное «поветрие»? Однозначного ответа, конечно, нет. Но можно вспомнить про один из крупнейших в стране оптовых рынков, который контролировался самыми высшими эшелонами правоохранительной среды. Говорили об этом в Новосибирске практически открыто…
И кадры для местной тогда еще милиции готовились соответственно. Чего стоят уголовные дела в отношении начальника местной школы милиции (генерала!) и его заместителя (полковника!), которые умудрились похитить несколько миллионов рублей из государственного казны на… ремонте школы. 
Не менее важным фактором является полная безнаказанность и следователей, и прокуроров. В регионе рассыпалось не менее десятка явно «заказных» и высосанных из пальца уголовных дел в отношении чиновников довольно высокого ранга. В конце концов, в их действиях не оказалось состава преступления. Многие из них подолгу отсидели в СИЗО, все — лишились своих постов. После реабилитации государство  выплатило им миллионы и миллионы рублей компенсаций. Но никто из следователей за подобные «художества» не ответил. Ни рублем. Ни должностью. Ни свободой.
У многих вызвал шок недавний арест заместителя начальника управления «Т» Главного управления  экономической безопасности полковника Д. Захарченко. В его квартире нашли наличными девять миллиардов рублей. Еще более 300 миллионов евро (более 
22 миллиардов рублей) обнаружили на счетах членов его семьи. У новосибирских следователей и прокуроров  обыски до сих по не проводились. А результаты могут быть очень интересными…

Капкан на инвестора

В нашей жизни сегодня все тесно переплетается. Вот бизнесмен 
Е. Грибов. Вот — прокуратура, следователи, суды. Кажется, что все мы где-то далеко от этого. Не торопитесь с выводами.
Уже несколько лет подряд в Новосибирской области снижаются объемы инвестиций. Конечно, сказываются и кризис, и экономические санкции. Но для бизнеса крайне важен инвестиционный климат региона. Что же такое этот «климат» и из чего он складывается?
Сегодня практически все российские регионы имеют меры поддержки инвесторов на законодательном уровне. Почти все регионы создали для инвесторов промышленные площадки, индустриальные парки, технопарки. Можно смело утверждать, что по этой части условия в разных краях и областях практически одинаковые. И на первый план выходят иные аргументы для инвесторов.
Первый среди них — как раз отсутствие давления со стороны правоохранительных органов. Напомним цифры, которые недавно привел президент В. В. Путин. За год в стране было возбуждено более 200 тысяч уголовных дел в отношении бизнесменов. До суда из них дошло только 46 тысяч. Из них 15 тысяч «развалились» уже в суде. «Получается, что приговором закончилось только 15 процентов», — отметил президент. «При этом 83 процента предпринимателей, на которых были заведены уголовные дела, полностью или частично потеряли бизнес. То есть их попрессовали, обобрали и отпустили. И это, конечно, не то, что нам нужно с точки зрения делового климата. Это прямое разрушение делового климата. Я прошу следственные органы и прокуратуру обратить на это особое внимание», — сказал глава государства. 
Наверное, где-то — обратили. А вот в Новосибирской области — увы… И это непременно аукнется. Причем не столько бизнесу, сколько региону и его населению. Инвестиции — это ведь не только новые рабочие места, но и дополнительные поступления в бюджет. В тот самый бюджет, откуда черпают средства, например, на зарплаты врачам и учителям, да тем же следователям и работникам прокуратуры. 
…Впрочем, сотрудники правоохранительных органов как-нибудь «выкрутятся». По методике анекдота конца 90-х годов, когда недавно принятого на работу сотрудника милиции коллеги спрашивают, почему он третий месяц не приходит за зарплатой?
— Так у вас еще и зарплату дают?! — удивился новичок. А я думал — дали пистолет, и крутись, как хочешь…
А серьезно: скажите, какой инвестор пойдет в регион, где даже прокурор не соблюдает закон, а следователям не указ даже президент?

Отдел расследований «ЧС»