Абсурд? Нет, реальность!

№ 06(1040), 15.02.2017 г.
Фамилия Зеленский у новосибирцев на слуху. Напомним, еще полтора года назад в СМИ появились сообщения об уголовном деле в отношении двух менеджеров нефтебазы «Красный Яр» — Алексея Петровичева и Максима Зеленского, которых обвинили в хищении более 14 тысяч тонн топлива, предназначенных для арктического завоза. Оба до сих пор находятся под арестом. Но сегодня разворачивается второй акт марлезонского балета — на Александра Зеленского, отца одного из обвиняемых, заведены несколько уголовных дел. Его обвиняют в клевете на правоохранительные органы

Не жалуйся — целее будешь?

Об этом деле газета «Честное слово» писала в статье «Тайны беззакония» в номере за 26.10.2016 г. Тогда же мы рассказали, что до сих пор не понятно, кем был изготовлен не подписанный лист бумаги, где сообщалось о якобы осуществленной проплате компанией, желающей после банкротства нефтебазы «Красный Яр» получить ее в собственность, денег за содействие в решении вопроса. При этом в указанном листе бумаги, в числе другой информации, были перечислены фамилии 1-го зам. начальника УФСБ РФ по НСО Д. В. Иванова, зам. начальника ГУ МВД — начальника ГСУ С. А. Шило, зам. начальника полиции ГУ МВД В. А. Певнева, следователя ГСУ при ГУ МВД С. С. Кирса и о/у УБЭП и ПК ГУ МВД И. В. Филиппова (должности указаны на момент возбуждения уголовных дел), участвовавших в возбуждении уголовного дела по нефтебазе.
— Создается впечатление, что, несмотря на отсутствие иных данных, правоохранители обиделись на Александра Зеленского, так активно вступившегося за сына и постаравшегося разоблачить незаконность возбуждения уголовного дела по нефтебазе, поэтому еще 11.12.2015 года было возбуждено против него первое дело о клевете. При этом ему вменялось в вину распространение негативных заведомо ложных сведений в отношении сотрудников правоохранительных органов, однако ложность сведений и «заведомость» действий Зеленского не доказывались, время и место распространения не устанавливались, как и то, что бумага без подписи вообще имеет к нему отношение, — рассказал Валентин Демиденко, адвокат А. Зеленского. — В дальнейшем судебно-лингвистическая экспертиза показала его непричастность к инкриминируемому ему деянию, но уголовное дело по истечении года расследования до сих пор так и не прекращено.
Несмотря на это, Зеленский, реализуя свои конституционные права на обращение в органы управления и власти РФ, с целью привлечения внимания к расследованию уголовного дела по нефтебазе и просьбой провести его в соответствии с действующим законодательством РФ, с учетом отсутствия каких-либо признаков реагирования на поданные им заявления на местном уровне, направил ряд обращений к первым лицам государства и силовых структур.
Апогея ситуация достигла в конце 2016 года, когда 9 ноября на А. Зеленского было возбуждено еще шесть уголовных дел по ч. 5 ст. 128.1 УК РФ («Обвинение в клевете») по обращениям к следующим лицам: к заместителю председателя Комитета ГД ФС РФ по безопасности и противодействию коррупции  Хинштейну А. Е., к председателю МОО РАП  «Общественный антикоррупционный комитет» по СФО Сафроновой О. В., к начальнику ГУ МВД РФ по НСО Стерликову Ю. Ю., к заместителю Генерального Прокурора РФ Гриню В. Я., к начальнику УФСБ РФ по НСО Бойко С. И., к президенту России Владимиру Путину.
Интересно то, что все заявления и обращения А. Зеленского в органы управления и власти РФ в течение двух лет перенаправлялись в Генеральную  прокуратуру, а далее в прокуратуру по Новосибирской области, которые, как надзирающие органы, вынесли свое окончательное решение по всем заявлениям и обращениям и не усматривали в них признаков преступления по 
ч. 5  ст. 128.1 УК РФ. Но, видимо, то, что считает правильным Генеральная прокуратура и прокуратура по НСО, не является таковым для некоторых сотрудников СУ СК РФ по НСО, в частности следователя по ОВД 1-го отдела СУ СК РФ по Новосибирской области А. Т. Кайраканова и других. 
Так, в подтверждение, через значительный  промежуток времени по неясным полномочиям и основаниям следственным управлением СК РФ по НСО была  якобы произведена проверка этих заявлений и обнаружены существенные недоработки и промахи Новосибирской областной прокуратуры в плане выявления преступлений в заявлениях и обращениях  граждан. В частности, в обращениях и заявлениях А. Зеленского полугодовой и годовой давности в адрес первых лиц государства и силовых ведомств следователем по ОВД 1-го отдела СУ СК РФ по Новосибирской области А. Т. Кайракановым якобы неожиданно были выявлены признаки преступлений, о чем было составлено 6 рапортов.
— Внимание привлекло то, что уголовные дела были возбуждены не следователем, а дознавателем ОД ОП № 1 «Центральный» УМВД РФ  по г. Новосибирску 
А. М. Ерахтиной. Основанием для обращения в суд стало наше предположение, что дознаватель превысила свои полномочия. Кроме того, дело заведено фактически только на основании рапорта о якобы обнаруженных признаках преступлений и «материалов неизвестного происхождения». Обычные же действия — проверка сообщений о преступлении и вызов того, в отношении кого заводится дело, проведены не были, — продолжил рассказ адвокат Валентин Демиденко.
Адвоката также удивил факт, что возбуждение 6 дел шло как из пулемета — каждые полчаса. Заключения судебной лингвистической экспертизы были выполнены с нарушением законодательства.  
С точки зрения адвокатов, незаконность возбуждения этих дел была очевидной. Однако накануне выхода этого номера в печать суд Центрального района Новосибирска, куда обратился А. Зеленский с шестью исками (по числу уголовных дел) о признании незаконным возбуждения уголовного производства против него, раз за разом ему в этом отказал. 
Суд счел, что дело о клевете возбуждено в соответствии с законом. Создается впечатление, что доводы адвокатов о нарушениях не учитывались. На суде рассматривалось только право дознавателя возбудить уголовное дело в отношении А. Зеленского. Зато основания для возбуждения — наличие или отсутствие факта клеветы — суд рассматривать не стал, хотя, по мнению адвокатов, возможность для этого была. Несколько судебных составов подряд фактически пошли по линии наименьшего сопротивления, передоверив право устанавливать истину следствию. 

Насмешка над здравым смыслом 

Дела возбуждены по ч. 5 ст. 128.1 УК РФ («Обвинение в клевете»). Но! В заключениях судебно-лингвистических экспертиз о клевете нет ни слова! Там сказано, что «имеются высказывания, содержащие негативную информацию о действиях правоохранительных органов и части должностных лиц УФСБ и ГУ МВД РФ по НСО», но нет признаков и фактов обвинения сотрудников правоохранительных органов в получении взятки. Однако негативная (в нашем случае  негативно-критическая) информация содержится в любой жалобе, это еще не делает ее клеветой! Чтобы осудить кого-то за клевету, нужно доказать его умышленную вину, то есть распространитель сам должен быть уверен в ложности этих сведений, чего в случае с Зеленским доказано не было, как не было и самого факта клеветы.
Обвинения А. Зеленского в распространении негативной информации о вышеназванных сотрудниках УФСБ РФ по НСО и ГУ МВД РФ по НСО представляются вывернутыми наизнанку. Если кто ее и распространял, то, видимо, сами сотрудники правоохранительных органов. Обращения Зеленского с указанием фактов нарушений и противоречий в деле о хищении на нефтебазе «Красный Яр» были конфиденциальными и только для первых лиц, и если кому-то из получателей они развязали язык, то причем тут автор письма?
Но самое главное — никого не шокировало то, что основанием для обвинения стало само обращение гражданина во властные структуры. Куча законов и подзаконных актов стоит на страже интересов человека, обращающегося с жалобой, в том числе Конституция России. Судебная практика четко и ясно гласит: в случае, когда «гражданин обращается с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений».  Хотелось бы подчеркнуть, что, видимо, правоохранители, занимающиеся делами о клевете, столкнулись с этим впервые и не имеют достаточного опыта и квалификации по данной тематике. 

Недоказанное обвинение само становится клеветой

8 декабря 2016 года президент Владимир Путин на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека зачитал постановление суда Липецкой области: «В постановлении написано: «совершил (преступление. — «ЧС») путем написания заявления в Липецкую облпрокуратуру. Когда я смотрю на такие вещи, у меня волосы, оставшиеся на голове, дыбом встают. Что это такое? Вы совсем с ума сошли, что ли?»
Но что бы сказал президент, если бы узнал, что в Новосибирске человека обвиняют в преступлении, совершенном «путем написания заявления» ему, Путину? Или как в Саратове — из-за письма президенту обвинили в клевете местную предпринимательницу, и только областной суд признал возбуждение уголовного дела незаконным. Кстати, женщина подала в суд, требуя с правоохранительных органов 30 миллионов рублей компенсации «за клевету». Вот и А. Зеленский, пожалуй, с полным правом может утверждать, что обвинения его в клевете правоохранителями  сами по себе являются настоящей клеветой в отношении него! 
Сегодня Александр Зеленский настроен по-боевому. Он не сомневается, что истина восторжествует. Может быть, не случайно и то, что В. А. Певнев и С. А. Шило уволены из органов МВД, а Д. В. Иванов переведен на новое место службы в Томскую область.  Скорее всего, дело о хищениях на нефтебазе «Красный Яр» ожидает новый поворот, и впереди ожидаются интересные события.
 

Отдел расследования «ЧС»