2000 плетей за «Твиттер»

№ 21(1055), 31.05.2017 г.
Уже ни для кого не секрет, что власти Украины расширили экономические санкции против россиян и российских компаний. В обновленный перечень входят 1228 человек и 468 юридических лиц, среди которых и крупнейшие российские интернет-компании. На территории Украины отныне недоступны все сервисы «Яндекса», а также Mail.ru и социальные сети «Одноклассники» и «ВКонтакте», в которых общалась большая часть населения страны. Однако подобные  запреты не кажутся печальным исключением на фоне общего мирового тренда на ограничения гражданских свобод в интернете. Украина пополнила список авторитарных государств, борющихся с соцсетями
В докладе Freedom on the Net 2016, подготовленном правозащитной организацией Freedom House, отмечается, что на всем протяжении десятых годов свобода в интернете сокращалась. По данным доклада, в 2016 году 67 процентов пользователей Сети планеты жили в странах, правительства  которых пытаются цензурировать критику властей в интернете, а 27 процентов — в странах, где могут посадить в тюрьму за комментарий или репост. К сожалению, в 2017-м эти цифры только увеличились.
Авторитарные правительства стремятся заблокировать социальные сети и приложения — хотя бы на время важных политических событий. Так, в Уганде в период президентских выборов в феврале 2016 года и перед инаугурацией переизбранного президента в мае этого же года были отключены WhatsApp, Facebook и Twitter. Сам президент Уганды Йовери Кагута Мусевени, который управляет страной уже больше 30 лет, заявил, что это помешает людям лгать. В реальности, конечно, такие попытки запретить людям выражать свое недовольство по поводу нечестных выборов и бессменной власти приводят к тому, что ложь пронизывает всю систему сверху донизу и морально разлагает общество.
Если страна запрещает какие-то ресурсы, их функции начинают выполнять другие. В Иране, где запрещены Viber, Twitter, Facebook и YouTube, приложение Telegram заменило их все и стало одной из самых популярных и свободных площадок общения иранцев. Правительство страны долгое время пыталось заставить мессенджер перенести серверы в Иран, чтобы получить доступ к базе данных пользователей. Но, не добившись успеха, власти ограничились тем, что обязали регистрироваться всех авторов каналов, на которые подписано больше пяти тысяч человек.
В онлайн-ограничениях и запретах дальше всех пошла Северная Корея, где интернет в привычном понимании практически не существует. Доступ к нему есть лишь у недлинного списка официальных лиц и компаний. Для обычных корейцев существует внутренняя сеть «Кванмен», которая пропагандирует идеи чучхе и дает доступ к небольшому объему научно-технической информации. Форумы и обсуждения в «Кванмене» находятся под постоянным контролем специальных органов. В незавидном положении находятся и китайские пользователи интернета, которых от всего идеологически опасного оберегает «Золотой щит», или «Великий китайский файрвол». Эта система фильтрации закрывает китайцам доступ к множеству зарубежных сайтов, в том числе к крупнейшим соцсетям, не позволяет публиковать статьи в иностранных СМИ без специального разрешения и в целом следит за содержанием контента.
Еще печальней, когда карательным санкциям подвергают не сайты и приложения, а их пользователей. Их все чаще штрафуют и арестовывают за посты в социальных сетях. В феврале 2016 года жителя Саудовской Аравии приговорили к 10 годам тюрьмы и 2000 ударов плетью за распространение атеизма в Twitter. Но поводом для наказания может послужить даже лайк или сохраненная в альбом фотография. Изображения вообще стали привлекать больше внимания цензоров. Это надежные и емкие доказательства преступлений — и в то же время яркие насмешки над властью, которые больно бьют по ее самолюбию. Египетский студент получил три года тюрьмы за то, что опубликовал на странице в Facebook фотографию президента страны Абделя Фаттах ас-Сиси с ушами Микки-Мауса. В Зимбабве еще трех человек арестовали за мемы с президентом Робертом Мугабе.